У большинства людей есть такое представление, что они должны поклоняться Богу, служить Ему и делать что-то для Него. Однако Бог требует от человека не этого. В начале Библии Бог представил Себя человеку как пищу, чтобы человек мог принять Его (Быт. 2:8-9). Он хотел, чтобы человек принял Его как пищу, так чтобы в итоге Он мог войти в человека и быть его жизнью. Первые две главы Бытия показывают, что среди всех творений, сотворённых Богом, человек является высочайшим и обладает высочайшей жизнью. У человека есть Божьи образ и подобие, чтобы выражать Бога и представлять Его с властью, то есть править всем, что сотворено Богом (1:26). Однако у человека не было Божьей жизни; в человеке не было Бога. Бог хотел, чтобы человек принял Его как жизнь. Поэтому, сотворив человека, Бог поместил его перед деревом жизни.
Дерево жизни указывает на то, что Бог хочет быть жизнью человека. Бог поместил Себя перед человеком как дерево жизни, указывая на то, что Он хотел, чтобы человек принял Его как пищу. Бог хочет войти в человека, чтобы быть его питанием и даже стать его составом, точно так же как пища, которую мы едим, становится нашим питанием и нашим составом. Так Бог сливается с нами воедино и мы можем жить Им и благодаря Ему. Он хочет быть нашей жизнью, и Он хочет, чтобы мы выражали Его. Это желание Божьего сердца.
Если мы сможем принять Бога, жить Им и позволим Ему жить в нас, у нас будет много чудесных переживаний. Бог не хочет, чтобы мы что-то делали для Него. Он просит нас лишь о том, чтобы мы позволили Ему входить в нас с целью быть нашей жизнью и делать всё через нас. Он хочет, чтобы мы всё делали Им как нашей жизнью. Другими словами, то, что мы делаем, — это нечто второстепенное. Первостепенный вопрос — принимаем ли мы Его как жизнь. Это Его первостепенная мысль.
Прежде чем человек принял Бога как свою жизнь, дьявол соблазнил человека и побудил его принять дерево познания добра и зла вместо дерева жизни. Так человек пал и отошёл от Божьей цели. Дерево жизни указывает на Бога, а дерево познания добра и зла указывает на Сатану. Результатом вкушения от дерева познания добра и зла является смерть (2:17), а источник смерти — это Сатана. Дерево познания добра и зла обозначает Сатану, который имеет могущество смерти (Евр. 4:12). По одну сторону от человека находилось дерево жизни, которое обозначает Бога жизни, а по другую сторону — дерево познания добра и зла, которое обозначает Сатану с могуществом смерти. Дерево познания добра и зла указывает на то, что смерть выражается как добро, зло и познание. Результатом соприкосновения с Богом является жизнь, а результатом соприкосновения с Сатаной является смерть. Бог выражается как жизнь, а Сатана выражается как добро, зло и познание. Сатана использует добро, зло и познание, чтобы соблазнить человека, уведя Его от Бога и от божественной жизни.
Истинный смысл падения человека заключается в том, что, вместо того чтобы выбрать Бога как свою жизнь, человек выбрал добро, зло и познание. Всякий раз, когда человек выбирает добро, зло или познание вместо Бога как жизни, он находится в состоянии падения. Адам пал, когда обратился к дереву познания добра и зла. Тот же принцип применим к нам сегодня. Когда мы пытаемся делать что-то отдельно от Божьей жизни, мы уже отошли от дерева жизни и приняли дерево познания добра и зла. Результатом такого выбора является смерть. Это серьёзный вопрос.
Многие из детей Божьих знают разницу между добром и злом, но не знают разницы между жизнью и добром. Когда мы видим смиренного и вежливого брата, который любит других, мы говорим, что это хороший брат. Когда мы видим брата, который упрекает других и плохо обращается с ними, мы говорим, что это плохой брат. Легко отличить хорошее от плохого, добро от зла. Однако нам не так легко определить, откуда исходит смирение смиренного брата: от жизни или от него самого.
Жизнь — это выражение Бога, а добро — это просто нечто, что человек производит сам. Если брат способен любить других, он смиренный и кроткий, но для этого ему не нужно позволять Богу быть его жизнью, то его поведение — это не жизнь, а добро. Его житие не является результатом того, что Бог проявляет Себя как жизнь внутри него, и Богу нет места в Его житии. Когда мы позволяем Богу быть нашей жизнью, живём Им и позволяем Ему проявляться через нас как жизнь, мы находимся в жизни. Когда мы отрекаемся от себя и содействуем Богу, позволяя Ему действовать в нас, Он побуждает нас любить других и становится нашим смирением и кротостью. На первый взгляд наши любовь, смирение и кротость ничем не отличаются от качеств других людей, но на самом деле наши любовь, смирение и кротость — это Бог. Это не просто наша внешняя благость — это выражение нашей внутренней жизни.
К сожалению, многие из Божьих детей не знают разницы между добром и жизнью. Они умеют осуждать зло, но они не умеют осуждать добро. И те, кто грешит и делает зло, и хорошие люди, которые делают добрые дела, живут согласно дереву познания добра и зла; они не касаются жизни. Другими словами, они остаются в состоянии падения человека. Чтобы быть в состоянии падения, необязательно совершать грехи. Мы находимся в состоянии падения, когда мы не живём в Боге как жизни.
Предположим, брат постоянно играет в азартные игры, ходит на танцы и даже ведёт распутный образ жизни; мы все скажем, что он находится в состоянии падения. Предположим, другой брат несёт некоторую ответственность на церковных собраниях, любит благовествовать и с энтузиазмом участвует в различных служениях; мы скажем, что он не находится в состоянии падения. Однако его дела не обязательно указывают на то, что он не находится в состоянии падения. Мы должны спросить, как он служит: Богом или самим собой? Что мы видим: его набожное и религиозное житие или житие Бога как жизни? Если он не живёт жизнью Бога, его набожность находится в падении. Это не падение от добра к злу или от служения Богу к совершению грехов, а падение от жития божественной жизнью к житию отдельно от божественной жизни, от существования в Боге к существованию отдельно от Бога.
Нам нужно увидеть, что падение человека связано с тем, что человек не позволяет Богу быть его жизнью. Так же как человек способен делать злые дела без жизни Бога, он способен делать добрые дела без жизни Бога. Что бы ни делал человек: добро или зло, — пока он существует отдельно от жизни Бога, не принимает Бога как жизнь и не живёт Им, он падший.