Во всех писаниях Иоанна рассматриваются тайны. Его Евангелие, его Послания и его Откровение полны тайн. Первые три Евангелия, Евангелия от Матфея, от Марка и от Луки, называют синоптическими. Слово «синоптический» означает «имеющий ту же точку зрения». Матфей, Марк и Лука разделяют одну и ту же точку зрения. Если вы прочитаете эти три Евангелия, то вы увидите, что повествования в них очень похожи друг на друга. Но после этих трёх Евангелий идёт другое Евангелие с другой точкой зрения. И Матфей, и Марк, и Лука говорят о Господе Иисусе как человеке. В Евангелии от Матфея мы видим, что Господь Иисус является Царём, в Евангелии от Марка — что Он является слугой, а в Евангелии от Луки — что Он является человеком. Поскольку царь и слуга — это люди, все эти три Евангелия говорят о Христе в Его человечестве: одно — как о Царе, одно — как о Слуге Божьем и одно — как о надлежащем человеке. Но в Евангелии от Иоанна Христос рассматривается в Его божественности.
Человечество Христа — это не тайна. Однако божественность Христа, разумеется, является тайной. Что касается Его человечества, Иисус из Назарета не был таинственным. Как всем людям, Ему приходилось спать, есть и пить. Он даже плакал подобно другим людям. Но внутри у Него была божественная природа. Это — тайна.
Люди знали Господа Иисуса в Его человечестве. Они могли сказать, что они знают Его братьев и сестёр и Его мать и что Он сын плотника. Во всех этих моментах, казалось бы, не было ничего таинственного. Но божественность внутри Господа Иисуса была великой тайной. Иногда даже Его ученики недоумевали, кто Он такой. Например, после того как Он возбранил ветрам и морю и наступила великая тишь, ученики удивились и сказали: «Кто это такой, что даже ветры и море Его слушаются?» (Мф. 8:27).
В Своём божестве Христос является Богом, вечным Логосом, Самосущим, Тем, у кого нет начала. Имя «Иисус» относится к Господу после Его воплощения. Следовательно, мы не можем сказать: «В начале был Иисус». В начале у Бога был Логос, а не Иисус. Иисус был рождён как человек согласно повествованию во 2-й главе Евангелия от Луки. Затем Его унесли в Египет, и в конечном итоге Он стал жить в Назарете. Но, как мы отмечали, в этом Иисусе была великая тайна, тайна Его божественности. То, что человек Иисус является Богом, — это поистине тайна. В Евангелии от Иоанна рассматривается тайна божественной личности Господа.
Христос является таинственным не только в Своём божестве, но и в Своей божественной работе. Следовательно, в Евангелии от Иоанна говорится о тайнах личности и работы Христа. В связи с тайной божественной работы Христа в Ин. 19:34 сказано: «Один из воинов копьём пронзил Ему бок, и сразу же вышла кровь и вода». Здесь мы видим, что из пронзённого бока Господа вышли два вещества: кровь и вода. Кровь нужна для искупления, чтобы решить проблему грехов (1:29; Евр. 9:22) для приобретения церкви (Деян. 20:28). Вода нужна для наделения жизнью, чтобы решить проблему смерти (Ин. 3:14-15) для произведения церкви (12:24; Эф. 5:29-31). Что касается отрицательной стороны, смерть Господа уносит наши грехи, а что касается положительной стороны, она наделяет нас жизнью. Поэтому у неё есть два аспекта: искупительный и жизненаделяющий. Искупительный аспект нужен для жизненаделяющего. Повествование трёх других Евангелий изображает только искупительный аспект смерти Господа; повествование Иоанна изображает не только искупительный, но и жизненаделяющий аспект. В Мф. 27:45, 51, Мк. 15:33, 38 и Лк. 23:44-45 наступила тьма, символ греха, и разорвалась завеса в храме, отделявшая человека от Бога. Эти знамения связаны с искупительным аспектом Господней смерти. Слова, сказанные Господом на кресте в Лк. 23:34: «Отец, прости им» и в Мф. 27:46: «Бог Мой, Бог Мой, почему Ты Меня оставил?» (потому что в это время Он понёс наш грех), также изображают искупительный аспект Его смерти. Но текущая вода в Ин. 19:34 — это знамение, связанное с жизненаделяющим аспектом Господней смерти. Эта жизненаделяющая смерть высвободила божественную жизнь Господа из Него для произведения церкви, которая состоит из всех Его верующих, наделённых Его божественной жизнью. Символом этой жизненаделяющей смерти Господа является смерть одного пшеничного зерна, которое упало в землю, чтобы породить много зёрен (12:24). Таким образом, эта смерть является также жизнераспространяющей, жизнеумножающей, порождающей и воспроизводящей.
Если мы не увидим тайну искупительной работы Христа, то мы не узнаем значение крови и воды, вытекших из Его бока. Течение крови и воды — это нечто таинственное. Кровь предназначена для искупления, а вода — для вкладывания жизни. Это нечто таинственное, потому что вкладывание жизни — это таинственный вопрос. Как мы отмечали, смерть Господа на кресте уподоблена тому, как пшеничное зерно падает в землю, чтобы умереть и принести много зёрен. Этот аспект смерти Христа также представляет собой тайну.
Ещё один таинственный аспект смерти Господа упоминается в Ин. 3:14 и 15: «Как Моисей поднял змея в пустыне, так должен быть поднят Сын Человеческий, чтобы всякий, кто верит в Него, имел вечную жизнь». Это — исполнение прообраза бронзового змея, поднятого на шесте Моисеем (Числ. 21:4-9). Когда дети Израиля согрешили против Бога, их начали жалить змеи. Бог велел Моисею поднять за них бронзового змея для Божьего суда, чтобы все они, взглянув на бронзового змея, остались живы. Это был прообраз. В Ин. 3:14 Господь Иисус применил этот прообраз к Самому Себе. Будучи исполнением прообраза бронзового змея, поднятого на шесте, Господь был поднят на кресте, чтобы покончить с Сатаной, старым змеем. Это, разумеется, тайна.
Воплощение, разумеется, — это великая тайна. Божество Христа — это тайна, и Его становление плотью — это тоже тайна. Как мог Сам Бог стать плотью? Это нечто таинственное.
Во всех Евангелиях повествуется о совершённых Господом Иисусом чудесах, и в Евангелиях от Матфея, Марка и Луки они названы чудесами. Однако чудеса в Евангелии от Иоанна не называются чудесами; употреблённое там греческое слово переводится как «знамения». Например, в Кане Галилейской Господь превратил воду в вино. Это было чудо. Но в Ин. 2:11 сказано: «Так положил Иисус в Кане Галилейской начало знамениям и явил Свою славу, и Его ученики уверовали в Него». Знамение обозначает нечто невидимое. Это символ, который указывает на тайну. Все чудеса в Евангелии от Иоанна, будучи знамениями, обозначают некие невидимые тайны. Каждое знамение в этом Евангелии — это символ тайны. Поэтому Евангелие от Иоанна — это книга тайн.
Будучи книгой тайн, Евангелие от Иоанна является историей Бога. Это не просто история человека по имени Иисус. В этом человеке, который творил эти чудеса, эти знамения, жил Сам Бог. Следовательно, мы можем сказать, что Евангелие от Иоанна — это история Бога в человеке Иисусе. Этот Бог совершает много знамений. Всё, что Он совершает, является тайной. Возможно, мы знаем обо всех чудесах, описанных в этом Евангелии, но мы не увидели, что все они являются знамениями тайн. Я подчёркиваю это, поскольку нам нужно осознавать, что исполнение скинии и приношений — это целиком и полностью таинственный момент.
Мы увидели, что Евангелие от Иоанна наряду с его Посланиями и Откровением является книгой тайн. В этом Евангелии говорится о тайне божественной личности и работы Христа. В Ин. 1:14 сказано: «Слово стало плотью и поставило скинию среди нас». Здесь мы видим три тайны. Тайной является Слово, тайной является плоть, и тайной является даже скиния. Слово, Логос, является для нас тайной. В вечности Христос был Логосом, а во времени этот Логос стал плотью. Согласно Ин. 1:14, эта плоть является скинией. Всё это тайна, которая превосходит нашу способность к пониманию.
Иногда мы говорим согласно Библии, что мы — жилище Божье. Это означает, что мы являемся Божьим святилищем. В Господнем восстановлении мы бы никогда не назвали свой зал собраний святилищем. Но у нас определённо есть святилище в церковной жизни, поскольку мы, верующие в Христа, являемся Божьим святилищем. Нет, у нас нет так называемого святилища, построенного из дерева, стали и камня. Вместо этого у нас есть святилище, построенное из живых членов Христа. Неверующие не способны это понять. Если мы им скажем, что мы, живые члены Христа, являемся Божьим святилищем, то они скажут: «О чём вы говорите? Я не понимаю, как вы, люди, можете быть святилищем». Причина, по которой неверующие не могут понять, как мы можем быть Божьим святилищем, заключается в том, что это — тайна.