Наш традиционный путь проведения собраний был унаследован от христианства. Хотя мы были избавлены из христианства, традиции христианства ещё не удалены из нас. В прошлом мы не видели никакого другого пути проведения собраний, кроме традиционного пути. Поэтому наши собрания следовали традиции христианства. С одной стороны, старый путь проведения собраний был успешным, но с другой стороны, он соответствовал нашему природному человеку. Люди старшего поколения всегда велели молодым людям не говорить много, куда бы они ни поехали и какой бы ни была ситуация, потому что молодые люди легко делают ошибки. Соответственно, они учили так: чем меньше будете говорить, тем меньше сделаете ошибок. Если не будете говорить, то не сделаете ни одной ошибки, а если будете много говорить, сделаете много ошибок. Это стало девизом для людей в целом. Поэтому, приходя на собрания, люди просто молча сидят и ждут, когда проповедник сделает для них хорошее сообщение. Такое собрание, на котором один человек говорит, а все остальные слушают, очень удобно и вызывает одобрение почти у всех.
В первые несколько лет, когда я начал работу в Соединённых Штатах, у нас был численный прирост в двадцать-тридцать процентов в год. Но за прошедшие пять лет наш прирост составил менее двух процентов. Когда я обнаружил это, меня это очень разочаровало и мне захотелось узнать причину этого. Поэтому я вернулся на Тайвань, чтобы изучить ситуацию на Тайване, и я выяснил, что, хотя мы благовествовали и крестили людей каждый год, в конечном итоге общая численность всё равно уменьшалась.
Некоторые люди говорили мне, что причин этого уменьшения численности две. Они говорили, что первая причина заключается в том, что многие святые из Тайбэя переехали в другие места, потому что они отремонтировали дома или купили новые дома за пределами Тайбэя, и что, когда эти святые уехали, мы потеряли сведения об их местонахождении. Это утверждение не совсем верное, потому что мы не потеряли сведения о местонахождении кого-либо из переехавших. Они говорили, что вторая причина заключается в том, что всё больше молодых святых уезжают учиться в Соединённые Штаты. Это, разумеется, верно, но мы не можем сказать, что число уехавших учиться за границу превысило число спасённых людей. Столкнувшись с этими явлениями, я вернулся к изучению Библии и церковной истории. В конечном итоге я ясно увидел, что проблема заключается в том, что старый путь проведения собраний неэффективен и не способен удержать людей.
Наш традиционный путь проведения собраний состоял в том, что мы закрывали людям уста, и поэтому чем дольше люди участвовали в наших собраниях, тем меньше они открывали уста. Есть такая китайская поговорка: «Новорождённый телёнок не боится тигра». Когда недавно спасённые люди впервые приходили на собрания, они были как маленькие дети, которые говорят лишь несколько слов. Но к сожалению, после трёх-пяти лет участия в наших собраниях они уже ничего не говорили. Чем старше они становились, тем меньше они говорили. В таких условиях было трудно приводить новичков и ещё труднее было удержать их. Поэтому в прошлом, когда мы благовествовали, бывало, что мы крестили сто человек, но оставалось из них менее десяти. Поэтому мы почувствовали, что мы должны изменить систему. В Деяниях показано, что мы должны собираться по домам (2:46; 5:42; 20:20), и в свете этого теперь мы будем менять систему.
В последнее время у нас проходят собрания в жилых кварталах. Если у пожилых святых есть бремя, я надеюсь, что они тоже присоединятся к этим собраниям, чтобы помочь тем, кто живёт в этих кварталах, и начать проводить домашние собрания с ними. Это принесёт результат. За нашу более чем тридцатилетнюю историю на Тайване мы никогда раньше не крестили двадцать четыре тысячи человек менее чем за четыре месяца. По нашим расчётам один из четырёх крещённых должен был остаться, но результаты превзошли наши расчёты. Из двадцати четырёх тысяч крещённых остались восемь тысяч. Это, однако, не означает, что мы потеряли шестнадцать тысяч. Некоторые из крещённых в течение некоторого времени не могли прийти к нам из-за определённых обстоятельств, таких как переезд. В результате того что мы посещали их один на один, пять тысяч из этих восьми тысяч человек уже включены в списки. Первым фактором такого воздействия было то, что мы стучались в двери, а вторым — непрерывный труд обучающихся, которые жертвовали собраниями в день Господень, чтобы встречаться с новичками в их домах. Это вдохновляет и воодушевляет.
Мы уже увидели, что изменение в системе необходимо. В результате долгого общения мы более или менее вошли в это бремя. Я надеюсь, что святые старшего возраста поведут за собой остальных в том, чтобы молиться за тех, кто получил бремя посещать новичков и заботиться о них, и за то поручение, которое они получили. Я также надеюсь, что вы постараетесь присоединиться к групповым собраниям и будете уделять внимание групповым собраниям. Мы должны понять, что наши собрания в домах важнее больших собраний в залах. Ранее мы говорили, что большие собрания и малые собрания образуют одно целое подобно двум крыльям самолёта «Боинг-747». Если бы у самолёта было только одно крыло, такой самолёт не смог бы взлететь. Чтобы самолёт летел, необходимы два крыла. Малые собрания — это основа, а большие собрания — это жатва.
Основой большого зала собраний являются дома, как и основной ячейкой нации является дом. Без домов общество не имеет основы. Без домов и нация не имеет основы. Поэтому сначала мы должны утвердить дома. Только в домах мы можем производить людей, и только в домах мы можем рождать, кормить и учить людей. Я надеюсь, что и рождение, и кормление, и учение будут происходить в домах. Поэтому старейшины всех залов должны вести и блюсти святых так, чтобы у них было по крайней мере одно малое групповое собрание в неделю. Вы можете быть освобождены от других вещей, но не от малых групповых собраний.
У нас есть своего рода лозунг, который гласит: «Небо может померкнуть, и земля — исчезнуть, но малые групповые собрания пропускать нельзя». Но по моим наблюдениям, «вкус» наших малых групповых собраний недостаточно сильный. На больших собраниях есть люди, которые высвобождают для нас сообщения, и, после того как сделано сообщение, ощущается сильный «вкус». Но когда мы собираемся в домах, мы привыкли не говорить. Поэтому вы не говорите, я не говорю и другие братья тоже не говорят. В конечном счёте мы можем только посмотреть друг на друга, поесть десерт и попить воды. В наших собраниях мало «вкуса». В Соединённых Штатах, в городе Сан-Франциско, служит один соработник, отец которого — член деноминациии, в которой тоже встали на путь малых групповых собраний. Отца этого соработника назначили руководителем малой группы, и он рассказывал своему сыну, что, когда они собрались, никто из них не говорил. В конечном итоге все ушли и сочли, что им не нужно такое собрание, потому что на нём никто не говорит.
Чтобы малое групповое собрание было полным наслаждения и богатым, у нас должно быть Господне слово. Среди нас есть святые, которые никогда не говорят, но, если бы они открыли свои уста, собрание обогатилось бы. Истины у нас чистые, всеобъемлющие и богатые. У нас есть истины в отношении креста, воскресения, Духа, жизни, церкви, сущности церкви, свидетельства церкви и почвы церкви. Можно сказать, что мы высокообразованная семья. Теперь мы должны использовать удобную возможность, чтобы упражняться и говорить слово Божье. У нас есть богатство, и у нас также есть слова для его выражения. Я верю, что, если все мы будем должным образом упражняться, все мы будем способны говорить за Господа.
Теперь я хотел бы пообщаться с вами и обратиться к вам с просьбой. Во-первых, я надеюсь, что все мы изменим своё представление и будем уделять больше внимания малым группам, чем большим собраниям. Это не значит, что мы не должны проводить большие собрания; это значит, что мы должны делать более сильный акцент на малых групповых собраниях, чем на больших собраниях. Во-вторых, отныне все пожилые святые должны обновить свою юность и научиться говорить за Господа. Во всех них есть слово, и они внутренне богаты. Теперь им просто нужно научиться говорить. Я надеюсь, что все пожилые святые будут приходить на малые групповые собрания, чтобы говорить за Господа.
Молитвочтение началось среди нас в Тайнане в 1965 году. В следующем, 1966, году мы начали призывать Господа в Лос-Анджелесе. Затем в 1968 году у нас появилась практика говорения на собраниях. Это воодушевило всех. Я помню, как однажды на собрании утром в день Господень в Лос-Анджелесе я задал всем вопрос: «Знаете, что́ нужно говорить после того, как вы были спасены?» Затем я продолжил: «По крайней мере, вы умеете говорить четыре слова. Первое слово — „О“, второе слово — „Господь“, третье слово — „Аминь“, а четвёртое слово — „Аллилуйя“. О Господь, аминь, аллилуйя». С того дня слова «О Господь, аминь, аллилуйя» превратились в короткий гимн. Каждый раз, когда мы пели этот гимн, собрание оживлялось.
Приходя на собрание, вы можете попробовать встать и сказать несколько фраз, таких как «О Господь, спасибо, что Ты такой хороший!» Потом попробуйте сказать что-нибудь поглубже, например: «О Господь, спасибо, что Ты такой хороший. Ты моя жизнь». Если у вас было переживание, вы можете рассказать своё переживание. Например, допустим, утром вы были недовольны и вам казалось, что дела идут плохо. Обычно в таких случаях вы ворчите. Но в то утро, когда вы уже были готовы начать ворчать, вы начали внутренне призывать: «О Господь». И тогда ваше ворчание исчезло и ваша раздражительность ушла, потому что пришёл Господь. Это — хорошее и короткое переживание. Если бы на собрании было десять человек и каждый кратко сказал бы нечто подобное, собрание, несомненно, было бы свежим и живым. В этом секрет богатого собрания.