В этой главе моё бремя заключается в том, чтобы мы увидели истину о том, что такое церковь. Наверное, мы знаем, что церковь — это Тело Христово (Эф. 1:22-23А), полнота Того, кто наполняет всё во всём (ст. 23Б), тайна Христова (3:4-6), домашние Божьи (2:19), один новый человек (ст. 15), свидетельство Иисуса (Отк. 1:2) и царство Божье (Мф. 16:18-19; Рим. 14:17). Всё это чудесные определения церкви, но нам нужно увидеть, что основополагающим фактором церкви является просто Христос. Церковь — это Христос. Если бы церковь не была Христом, она не могла бы быть Телом Христовым. Также она не могла бы быть полнотой Того, кто наполняет всё во всём, тайной Христовой, домашними Божьими, новым человеком, свидетельством Иисуса или царством Божьим. Все аспекты того, чем является церковь, опираются на один основополагающий фактор, а именно на то, что церковь — это Сам Христос.
Человеческие голова и тело образуют одного человека. Было бы нелогично утверждать, что человек состоит только из головы без тела. Целый человек включает в себя и голову, и тело. Однако многие христиане, зная, что церковь — это Тело Христово, не осознают, что церковь — это Христос. Согласно нелогичному представлению, которого они придерживаются, церковь — это Тело Христово, но это не Христос. Мы бы никогда не сказали, что наше тело — это не мы. Было бы нелепо, если бы мы, указав на тело какого-то человека, сказали: «Это не господин N, это всего лишь его тело». Тем не менее многие христиане подсознательно придерживаются такого представления в отношении церкви как Тела Христова, считая, что Тело отличается от Самого Христа. Вероятно, даже некоторые из нас когда-то рассуждали так: «Если мы говорим, что церковь является Телом Христовым, это правильно, но если мы говорим, что церковь является Христом, это может быть воспринято как ересь». Однако такие рассуждения нелогичны, поскольку тот факт, что церковь является Телом Христовым, по сути своей подразумевает, что церковь — это Христос.
Церковь — это Христос, потому что церковь едина с Христом. В предыдущей главе мы увидели, что Христос — это виноградная лоза, а мы — ветви. Лоза и ветви едины, поскольку лоза включает в себя ветви. В отличие от сосны, у которой есть растущий вверх большой ствол и сравнительно короткие ветви, лоза не растёт вверх, а стелется понизу, у неё маленький ствол и много длинных ветвей. Целая лоза включает в себя не только ствол, но и все ветви. Утверждать, что церковь не является Христом, — это всё равно что утверждать, что ветви не являются лозой. Поэтому мы не должны говорить: «Мы лишь ветви на лозе, но мы не лоза». Может быть, мы не говорим этого, но глубоко в нас всё равно присутствует это ошибочное представление.
Как мы отмечали в предыдущей главе, мы один дух с Господом. В 1 Кор. 6:17 говорится: «Тот, кто соединяется с Господом, есть один дух». Дух, упомянутый в этом стихе, — это слитый дух, составной дух, включающий в себя не только божественного Духа, но и наш человеческий дух. Этот дух не индивидуальный, а совокупный; он включает в себя Христа и всех нас. Поскольку мы и Христос — один дух, мы не ошибёмся, если скажем, что мы — Христос.
Апостол Павел сказал: «Для меня жить — это Христос» (Флп. 1:21). Если бы мы составляли эту фразу сегодня, мы бы, наверное, сказали: «Для меня жить — это ветвь Христа». Мы бы подошли к составлению этой фразы очень осмотрительно, потому что, если бы написали так, как написал Павел, нас могли бы осудить за излишнюю смелость или даже за богохульство. Павел мог сказать это, потому что он был ветвью Христа, а ветвь лозы — это часть лозы. Это не что-то отличающееся от самой лозы. Мы тоже являемся ветвями Христа, истинной виноградной лозы, и, будучи ветвями Христа, мы тоже являемся Христом.
Некоторые спорят со мной и говорят: «Брат Ли, вы слишком прямолинейны. Не надо говорить, что вы являетесь Христом. Высказываться нужно осторожнее. Вы могли бы сказать, что мы просто часть Христа». Мой ответ таким людям таков: часть Христа — это Христос; поэтому всякий, кто является частью Христа, является Христом. Каждая часть моего физического тела — это я. Если бы мой палец мог говорить, ему не пришлось бы проявлять осторожность и осмотрительность и говорить: «Я не Уитнесс Ли; я всего лишь часть Уитнесса Ли». Если бы мой палец и все остальные части моего тела сказали такое, то не было бы никакого Уитнесса Ли — остались бы только части Уитнесса Ли. Даже моя голова не была бы мной, а была бы лишь одной из моих частей. Это снова показывает, что мы, возможно, знаем истину о церкви не точно. Нам нужно увидеть, что церковь — это просто Христос.